Меню
Главная страница
О задачах издания
Хроника церковной жизни
Проповеди, статьи
История Церкви
О Катакомбной Церкви
Православное богословие
Православное богослужение
Православная педагогика
Православие и наука
Православная культура, литература
Истинное Православие и апостасия
Истинное Православие и сергианство
Истинное Православие и экуменизм
Апостасия РПЦЗ
Расколы, секты
Жития подвижников благочестия
Православная миссия
Пастырское училище
Фотогалерея
Проповеди-аудио

Поиск


Подписка

Подписаться
Отписаться

Наш баннер

Получить код

Ссылки
Леснинский монастырь

Свято-Успенский приход

Severo-amerikanskaya eparhiya

Pravoslavnoe bogosluzhenie

Serbskaya IPC

Manastir Noviy Steynik


Русская Церковь в Белой борьбе

Иеромонах Дионисий (Алферов)

Разные стороны Белой борьбы не перестают интересовать современного русского человека. Для церковного человека эта тема имеет особое значение. Именно отношение к победившему в России коммунистическому режиму необратимо разделило Русскую Церковь в ХХ веке на две части: на тех, кто принял, признал этот режим, выразил ему свою лояльность, а затем вступил с ним в сотрудничество; и на тех, кто не принял его, не поддержал и вступил в борьбу с ним. Процесс этого разделения в Русской Церкви окончательно завершился в конце 20-х годов, после печально известной Декларации М. Сергия и его последующей церковной политики. Но начался этот процесс, несомненно, раньше, уже в период Гражданской войны. И здесь отношение к Белому Движению было решающим.

Можно выделить два аспекта Белой борьбы: нравственный и эсхатологический. Первый касается отношения каждого христианина и всего христианского общества к торжествующему злу и к борьбе с ним. Второй дает духовную оценку коммунистической революции в перспективе мiровой истории и христианского учения о конце мiра.

Отношение христианина к торжествующему злу

Вопрос этот со всей удовлетворительностью разобран в работе проф. Ильина «О сопротивлении злу силой» (1926). Подчеркнем, что этот труд получил одобрение М. Антония (Храповицкого), М. Анастасия (Грибановского) и других иерархов Русской Зарубежной Церкви, и таким образом, выражает мнение той части Церкви, которая отвергла большевицкий режим и сопротивлялась ему. Проф. Ильин подробно рассматривает нравственное зло и его физические проявления, отношение христианина к этому злу на всех уровнях, начиная с духовного противостояния и кончая вооруженной борьбой. Он отмечает, что непротивление злу приводит человека к неспособности отличать добро от зла. Ильин особо разбирает учение Л. Толстого на эту тему и показывает нехристианскую сущность толстовства.

Действительно, вся философия Толстого гораздо ближе к буддизму или пантеизму, не знающему личного Творца и Промыслителя, не понимающему нравственной ответственности человеческой личности, а потому, в конечном счете, не разбирающему между добром и злом. Заповедь же Христа: не противься злому, - относится к терпению христианином обид и физического зла, направленных на него лично. Но эта заповедь не означает равнодушия христианина ко злу, особенно в духовно-нравственной области, не означают отказа от помощи ближним, терпящим насилие со стороны злодеев.

Правильное отношение христианина к торжествующему злу наглядно показывают нам двое святых, память которых совершается почти в самые дни большевицкого переворота. Это мученики: Арефа (24 октября) и Нестор (27 октября). Оба они именно сопротивлялись злу силой: Нестор в богатырском поединке, а Арефа – в организованном вооруженном сопротивлении иудейскому тирану-богоборцу. Вряд ли в этом можно видеть только случайное совпадение; скорее, это указание Промысла Божия, способное, если и не предотвратить само событие, то, по меньшей мере, разъяснить внимательным православным людям его смысл.

Напомним, что юноша-христианин Нестор возмутился духом, видя, как цирковой атлет Лий, любимец императора Максимиана, развлекал его, бросая с помоста христиан на копья для мучительной смерти. Решив пресечь поругание христианской веры и помочь своим братьям хотя бы ценою собственной жизни, св. Нестор, испросив благословения заключенного мученика Димитрия, вышел на поединок с палачом и сбросил на копья этого гордого мучителя. После этого он сам был предан смерти по приказу императора-гонителя. Подвиг св. Нестора состоял не только в исповедании веры, но и в физическом сопротивлении злу.

Еще более выразителен и созвучен Белой борьбе подвиг св. Арефы и дружины его, пострадавших в 523 г. в Омиритской стране (ныне это государство Йемен). В тех землях, населенных арабами-христианами и арабами-язычниками, а также иудеями, захватил власть путем переворота некий иудей Дунаан, устроивший кровавое гонение на христиан. Уцелевшие христиане бежали в город Награн, где градоначальником был св. Арефа, не признавший христоборной власти и организовавший вооруженное сопротивление ей. После долгой безуспешной осады города Дунаан через своих агентов склонил ослабевших христиан к сдаче, лукаво укоряя их, что они нарушают христианскую заповедь о подчинении любой власти, и обещая не трогать христиан в случае их капитуляции. Св. Арефа настаивал на продолжении войны, но, будучи со своими сторонниками в меньшинстве, не мог остановить сдачи города. После падения города он был приведен к Дунаану, где вновь исповедал свою непримиримость к его беззаконной власти. Он был казнен с несколькими тысячами христиан. Примечательно, что на мученичество своих сограждан св. Арефа смотрел, как на средство искупления своей вины за малодушную сдачу города. Те, которые хотели сохранить свою жизнь сдачей в плен, все равно приняли смерть, только не в бою, а от руки палача.

Вместе со св. мучеником Арефой в тот же день совершается память благоверного царя эфиопского Елезвоя (554 г). Про него из хроник византийских и арабских известно, что, получив известия о кровавых гонениях на христиан в Омирите, он предпринял трудную экспедицию через Красное море и пустыню на помощь братьям во Христе. Преодолев огромные трудности, он достиг места назначения, разгромил войска нечестивого Дунаана и освободил оставшихся в Омирите христиан. Позднее царь Елезвой принял монашество и скончался в трудах иноческих. Можно предположить, что святости он достиг в монашестве, но несомненно и то, что и современная ему, и последующая Церковь благословила его ратный подвиг по спасению христиан от смерти, и Сам Господь различными знамениями и чудесной помощью в решительные минуты борьбы благословил его меч, карающий злодеев.

Упомянем еще одну историческую подробность: и Арефа, и Елезвой по рождению принадлежали к монофизитским церквям, так как церкви и Эфиопии, и Аравии отвергли Четвертый Вселенский собор и Халкидонское исповедание. И, тем не менее, Православная Церковь включила этих святых в свои святцы. Почему так? Очевидно, потому что принадлежность к монофизитству была у них случайной; они не сами сделали выбор в пользу ереси, а родились и были воспитаны в своих национальных церквях. То, что зависело от них: сохранить веру и защитить ближних, - они исполнили. И в их подвиг верности органической частью вошло ратоборство с врагами Христа.

В наших святцах стоит и еще один святой, сопротивлявшийся злу силой, преп. Иоанн, епископ Готфский (VIII в), окормлявший паству в Тавриде (Крым). К тому времени полуостров попал под власть хазар, принявших иудейство, а потому притеснявших христиан. Преп. Иоанн в надежде на помощь Византии организовал народное восстание против хазар. Но императоры-иконоборцы не поддержали его, и оно было подавлено. Сам епископ Иоанн чудом уцелел от расправы. Несмотря на такой несвойственный архипастырю подвиг, как организация восстания, он причтен Церковью к лику исповедников.

В нашей Русской истории многочисленны примеры благословения иерархами Церкви вооруженной борьбы против иноверных гонителей Православия. Они всем известны: благословение преподобным Сергием Димитрия Донского, а патриархом Гермогеном ополчения князя Пожарского и т. д. Важным является то, что христианское сознание с самого начала рассматривало христианина, как борца и воина, противостоящего сатане и его служителям, прежде всего в духовной брани, но нередко и в чувственной. Древние апологеты христианства не отрицали воинской службы как таковой, а указывали на недопустимость для христианина участия в языческих жертвоприношениях и обрядах, обязательных в языческом войске. В 314 г, через год после Миланского эдикта большой собор западных епископов в г. Арле постановил отлучать от Церкви тех христиан, которые дезертируют из войск императора Константина, защищающего христианство против язычников. Таким образом, христианская Церковь с самого начала не поощряла дезертирства, никогда не проповедовала непротивления злу и пацифизма. Она благословляла на войну справедливую, имеющую четко осознанную цель – защиту веры и отечества, и только требовала, чтобы эта война велась по возможности наименее жестоко, с милосердием и великодушием к побежденным.

К сожалению, к началу революции в России многими эти простые истины оказались забыты. Многие люди сознательно или безсознательно усвоили толстовский взгляд на отношение ко злу. «Непротивленство» получило широкое распространение среди либеральной интеллигенции, среди мещан и обывателей, живших по принципу «моя хата с краю». Но это было еще полбеды. Толстовцы и им сочувствующие являлись людьми отпавшими от Церкви во многих отношениях. Хуже было то, что подобные настроения проникли и в саму Церковь. В основе их лежало обыкновенное малодушие и трусость, желание иметь душевный комфорт, радости и утешения и не иметь никаких проблем и неприятностей. В церковной среде малодушие часто прикрывалось претензией на особую духовность, не желавшую знать ничего мiрского, не желавшую решать нравственные задачи, поставленные Промыслом. Вопросы, требовавшие конкретного нравственно-самоотверженного поступка, объявлялись такими людьми «политикой, в которую мы не лезем». Самосохранение, выживание любой ценой объявлялось особой мудростью, высшей добродетелью.

История гражданской войны и первых лет большевицких гонений на Церковь донесла до нас много героических подвигов духовенства. Священник, отпевавший белых воинов или служивший для них молебны, был первым кандидатом на расправу со стороны красных. И сотни иереев пострадали именно за то, что исполняли свой долг в нечеловеческих условиях, когда каждая треба являлась подвигом, ибо была связана со смертельной опасностью. Например, иерей Иоанн Карпухин, причастивший перед смертью группу офицеров, в том числе и печально известного генерала Н. В. Рузского, был закопан вместе с ними живым (в Пятигорске, в сентябре 1918 г). Подобных случаев было особенно много в районах боев гражданской войны. Именно эти районы дали наибольшее количество новомучеников Российских первых послереволюционных лет.

Но, пожалуй, не менее того дошло до нас случаев малодушия со стороны духовенства, церковных людей и даже иерархов. Трусости под прикрытием «аполитичности», «неотмiрности» и прочих словес лукавствия. Княгиня Урусова сообщает в своем «Дневнике» о крестном ходе в Ярославле весной 1918 г. Монахи, несшие и сопровождавшие чудотворную икону Божией Матери «Феодоровскую», в знак лояльности к советской власти одели на рясы красные банты (!). Сделали это по благословению иерарха, ставшего впоследствии исповедником. Или известный случай, когда Екатеринбургский епископ запретил своим клирикам и монахам посещать Царскую семью в заключении и кормить ее. Этому иерарху впоследствии тоже пришлось пройти лагеря и кончить жизнь под расстрелом. Князь Жевахов вспоминает, как летом 1919 г они с братом прятались от расстрела в одном монастыре, многолетними благотворителями которого они являлись, и как братия этого монастыря чуть не выдала их на смерть; спасла их только твердость и мужество игумена. Известно предательство братией Киево- Печерской лавры митрополита Владимiра Киевского. Всего пять матросов пришли в Лавру, на глазах братии арестовали его и расстреляли недалеко за стенами, - и никто из монахов не помешал этому, даже до утра не вышли посмотреть за ворота, где были слышны выстрелы. И этот темный случай не единственный среди множества грехопадений тех лет. И многим церковным людям пришлось смывать страданиями и кровью грехи малодушия, как и согражданам святого мученика Арефы.

Неверно переводить проблему гражданской войны в плоскость церковности, как делают некоторые апологеты Московской патриархии. «Белые – люди нецерковные или малоцерковные и мало чем отличались от красных, а потому церковные люди не должны были поддерживать ни тех, ни других». Богоборческая революция в корне отличалась от всех войн прошлого, в т. ч. и религиозных. Как справедливо указывал профессор И. Ильин, главный вопрос, который она поставила, был: с Богом ты или против Бога? Большевики-богоборцы не терпели никакого нейтралитета, их лозунг был: кто не с нами, тот против нас. И всех они заставили служить себе и работать на себя: в Красной Армии, в советских учреждениях, на трудовом фронте и т. д. Все, не поддержавшие Белого дела, оказались мобилизованными для красного дела. Даже артисты Качалов, Ермолова, Станиславский концертами развлекали делегатов Конгресса Коминтерна (1920 г), а Шаляпин в 1919-20 гг. ездил с гастролями по частям Южного фронта красных. Один московский чиновник Никита Окунев, ведший дневник с 1914 по1924 гг., записал характерный для того времени случай. Летом 1920 г он в одной из московских церквей встретил бывшего обер-прокурора Синода В.К. Саблера – человека уважаемого, верующего, очень много сделавшего для Церкви. Саблер пришел со своим сыном, мобилизованным в Красную армию и отправлявшимся на врангелевский фронт, отслужить напутственный молебен. Подобную картину Окунев видел и в старообрядческом храме: красноармейцы-старообрядцы на молебне перед отправкой на фронт. Налицо «церковность» этих людей, но есть ли здесь правда? Угодна ли Богу их служба в Красной армии и примет ли Он их молитвы?

Это показывает, что православие, заключенное только в догматы, обряды, храмовое богослужение, поставившее последней целью собственное выживание, при чем ценой любых нравственных компромиссов, - уже не является подлинным Православием. Без подвига за правду Божию, без самоотверженного стояния против врагов веры, без нравственной нагруженности христианской жизни – нет настоящего Православия, того, которое ветхих людей делает новыми и дарует им жизнь вечную. Религия душевного комфорта и житейского благополучия, религия нравственного минимализма – не есть Православие. Эти вопросы остро встали перед русскими людьми уже в годы гражданской войны, когда перед ними открылся выбор между Белым и красным путями.

Для участников Белого движения, независимо от степени их личного воцерковления, самый нравственный выбор в сторону попираемой правды, в сторону поругаемой веры в условиях отсутствия надежды на успех, - был подвигом, имеющим религиозное значение. Этот подвиг ставил их в ряды защитников Божиего дела против воинства сатаны.

2. «Грех февраля» и грех революции.

В последние годы в православно-патриотических кругах стало принято сводить проблему революции только к масонскому заговору и февральскому перевороту 1917 г. Можно понять, что такой подход возник в процессе полемики с демократами, принимавшими «февраль» и осуждавшими только октябрьский переворот большевиков. Тем не менее всякий односторонний и упрощенный взгляд дает ложное представление и не соответствует исторической действительности. Попытка свести все к одному «февралю» так же не верна, как и попытка списать все на один «октябрь». Действительно, была измена Государю со стороны ряда высших военных и гражданских чинов, но были и ошибки самого Государя, назначившего явно непригодных лиц на ключевые посты при наличии людей верных и твердых. Все-таки первыми и главными виновниками переворота являются премьер-министр Штюрмер, министр внутренних дел Протопопов, командующий Петроградским военным округом Хабалов и Петроградский градоначальник Балк, затем все великие князья (двадцать мужчин в генеральском звании), а уже потом генералы Ставки Алексеев с Рузским и проч. Зачислять огулом всех генералов в предатели можно было бы только, если бы они поддержали переворот после того, как появился Царский Манифест, объявляющий Государственную Думу изменнической, т. е. называющий предателей своими именами и дающий возможность выбора между верностью и изменой. Вместо этого появился сначала акт об отречении от престола, а затем Царский призыв к войскам соблюдать верность Временному правительству и довести войну до победного конца. Таким образом, люди, верные Государю, оказались обезоруженными и дезорганизованными. Простой выход – идти за Царя против его предателей - у них был отнят царским отречением в пользу этих же предателей.

И если мы с пониманием и сочувствием относимся к этому поступку Государя Императора, учитываем изощренную ложь и психологическое давление, которому он подвергался, знаем, каких душевных страданий ему это стоило, то давайте с той же меркой подходить и к военным. Среди них явных предателей все-таки было абсолютное меньшинство, а большинство составляли верные служители престола и отечества, доказавшие свою верность 20-40 летней службой, многими ранами и трудами. Для очень многих из них отречение Государя было личной трагедией, жизненной катастрофой, а признание Временного правительства стоило многих душевных мук. И если бы правящая династия в лице всех великих князей не отреклась бы от престола, очень многие военные готовы были бы действовать в пользу монархии.

Как пример укажем на командующего Черноморским флотом адмирала Колчака. В «Православной жизни» №3 (1967 г) была помещена статья известного монархического деятеля Н. Д. Тальберга к 50-летию февральского переворота, где он приводит воспоминание адъютанта адмирала Колчака принца Лейхтенбергского. Задержав свой ответ о признании Временного правительства, Колчак послал своего адъютанта в Батум к наместнику Кавказа великому князю Николаю Николаевичу с предложением возглавить контрпереворот и восстановить монархию, обещая свое содействие. Наместник Кавказа этого предложения не принял и поспешил признать «февралистов». Таким образом, почва из-под ног у Колчака была выбита. Надо думать, что подобные мысли и чувства были и у многих других военных, готовых противостать февральскому перевороту. Но невозможно подвизаться за монархию, когда вся правящая династия не желает царствовать.

«Февраль» был началом революции, разгонявшей свой разрушительный бег по России. При этом нельзя считать этот процесс фатально необратимым. Поскольку сохраняется у человека свобода воли, свобода выбора между добром и злом, то остается возможность остановиться на пути греха, покаяться и повернуть на путь добра. При наличии необходимого количества людей, желающих повернуть вспять с погибельного пути, была бы и помощь Божия и успех контрреволюции. Революция прошла ряд узловых точек, перепутий, когда была возможность остановиться, а затем и повернуть назад (начало июля 1917, конец августа 1917 и неоднократно позже после большевицкого переворота). Сочувствие к революции и непротивление ей у большинства народа сделали ее необратимой и довели до максимально разрушительных результатов. Поэтому можно говорить о всенародном грехе революции, об ответственности всех классов и сословий за происшедшую национальную и государственную катастрофу России. К такой катастрофе не мог бы привести один жидо-масонский заговор сам по себе, хотя он и был весьма глубоким и изощренным. Тем более к такой катастрофе не могла привести измена нескольких политиков и генералов. Внешние воздействия привели в движение многие внутренние отрицательные процессы в народе, прежде всего духовно- нравственные, - и это сделало катастрофу России необратимой.


Следующая страница (2/2) Следующая страница

Дополнительно по данному разделу:
«Милость Моя исцелит тебя…»
Индульгенции в истории Греческой Церкви
Церковное сопротивление в СССР
Ватикан и Россия
Ватикан и большевицкая революция
КРЕЩЕНИЕ РУССОВ ПРИ АСКОЛЬДЕ И ДИРЕ
Первое (Аскольдово) крещение Руси
Движение "непоминающих" и Московская патриархия
ПОЛОЖЕНИЕ ЦЕРКВИ В СОВЕТСКОЙ РОССИИ
Русская Церковь перед лицом господствующего зла


Назад | Начало | Наверх
Главная страница | О задачах издания | Хроника церковной жизни | Проповеди, статьи | История Церкви | О Катакомбной Церкви | Православное богословие | Православное богослужение | Православная педагогика | Православие и наука | Православная культура, литература | Истинное Православие и апостасия | Истинное Православие и сергианство | Истинное Православие и экуменизм | Апостасия РПЦЗ | Расколы, секты | Жития подвижников благочестия | Православная миссия | Пастырское училище | Фотогалерея | Проповеди-аудио

Хроника церковной жизни 
СЕРГИАНСТВО В ДЕЙСТВИИ: В РПСЦ установили литургическое прошение о воинстве неосоветской РФ, «о еже на враги победы и одолении»

К 70-летию провозглашения Сталиным митр. Сергия (Страгородского) первым советским патриархом в МП пытаются «догматизировать» сергианство

Официальное заявление Сербской ИПЦ по поводу нападения на храм СИПЦ под Белградом и избиения иеромонаха Максима

Мониторинг СМИ: Федеральный арбитражный суд отменил решения судов предыдущих инстанций об изъятии у РПАЦ мощей преподобных Евфросинии и Евфимия Суздальских

Нападение на храм Сербской Истинно-Православной Церкви и избиение священника СИПЦ

Рождество Христово в кафедральном соборе св. прав. Иоанна Кронштадтского в Одессе

Детский Рождественский спектакль в Леснинском монастыре

Все сообщения >>>

О Катакомбной Церкви 
Богоборництво і гоніння на Істинно-Православну (катакомбну) Церкву на Чернігівщині

Памяти катакомбного исповедника Георгия Степановича Чеснокова (1928-2012 гг.)

Катакомбная инокиня Ксения Л.

Церковь Катакомбная на земле Российской

«ТРЕТЬЯ СИЛА» В СОВРЕМЕННОМ ПРАВОСЛАВИИ РУССКОЙ ТРАДИЦИИ. Современная наука начинает замечать ИПЦ, хотя и не выработала общепринятой классификации этой Церкви

Катакомбные Отцы-исповедники об отношении к власти и к советским паспортам

ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНЫЕ ОБЩИНЫ В КИЕВЕ в 1930-х годах

Все сообщения >>>


Адрес редакции: E-mail: catacomb@catacomb.org.ua
«Церковные Ведомости» - вне-юрисдикционное православное духовно-просветительское издание, являющееся авторским интернет-проектом. Мнения авторов публикаций могут не совпадать с точкой зрения редакции. Одной из задач издания является освещение различных мнений о современной церковной жизни, существующих среди духовенства и паствы Истинно-Православной Христиан. Редакция оставляет за собой право редактировать или сокращать публикуемые материалы. При перепечатке ссылка на «Церковные Ведомости» обязательна. 

Rambler's Top100 Находится в каталоге Апорт Рейтинг@Mail.ru Каталог BigMax.ru